Левон Саакян: политкорректность – не новое явление

«Слово – почти материально, оно влияет на наше представление о мире», - 15 января 2017 года доцент кафедры общего и русского языкознания Института Пушкина Левон Саакян выступил экспертом в программе «Говорим по-русски» на радиостанции «Эхо Москвы»,  посвященной политкорректности.

«Над политкорректностью принято немножко смеяться, - начала передачу ведущая Ольга Северская. - У этого термина очень интересное происхождение. Он появился в 1970-е годы в США. Политкорректность изначально пародировала практику коммунистических государств, которые требовали от своих граждан придерживаться партийной линии. Он использовался левыми для критики тех взглядов, которые даже им казались доктринерскими. В 1990-е годы в университетской среде в США термин обрел свое современное содержание, и по-английски это содержание выражается понятием «нейтральный язык».

«Политкорректность – не новое явление, – считает Левон Саакян. – Еще древнекитайский мудрец Лао-цзы указывал правителям, насколько важно правильно называть вещи. Стоит назвать вещь правильно, и она начинает работать на вас. Неправильно названная вещь разрушает гармонию мира. Политическая корректность в нашем понимании – это относительно новый стиль речи. Термин появился и стал активизироваться в современном значении в 1970—1980-е годы на Западе, а в Россию это явление пришло с началом перестройки. К 2000-м годам мы стали пытаться придерживаться правильных наименований, отталкиваясь от советского наследия, которое характеризовалось как отрицательное».

В ходе передачи ведущая Оксана Пашина заметила, что в СССР существовала практика, когда доярку называли оператором машинного доения, тракториста – механизатором, учебные заведения для детей с задержкой развития – специальными школами, смертную казнь (высшую меру наказания) – высшей мерой социальной защиты.

«Это прием повышения социального статуса, своего рода комплиментарность», – охарактеризовал этот прием Левон Саакян.

В наше время, следуя правилам политической корректности, меняются наименования людей с различными физическими недостатками («незрячие» вместо «слепые», «слабослышащие» вместо «глухие», «люди с ограниченными возможностями здоровья» вместо «инвалиды»). В английском языке применяются различные формы с использованием слова «challenged» (букв. перевод: «тот, кто вынужден преодолевать трудности») или «impaired» («с уменьшенными или ограниченными возможностями по…»). 

В Европе и США стали понимать еще шире, распространяя на гендерные различия и религию. Слова, которые указывают на определенный пол, меняются на нейтральные термины, например, «chairperson» вместо «chairman» («председатель»). Поздравление «Merry Christmas!» («весёлого Рождества!») стали заменять на «Happy Holidays» («счастливых праздников») – в случаях, когда оно обращено к людям различного  вероисповедания, например, к широкой публике.

 «Мы не можем избежать оценочности в своих суждениях и наименованиях. Точка зрения меняет взгляд на мир. В России мы говорим «выключатель света», а в немецком языке – «включатель». Казалось бы, какая разница, технический термин, но слово «включатель» несет в себе плюс. Точка зрения на предмет определяется даже в географических названиях. Когда мы говорим о Закавказье, мы акцентируем точку зрения человека, говорящего из России или Москвы. Для человека, живущего в Закавказье, Закавказьем является Москва», - отмечает Левон Саакян.

Запись передачи доступна по ссылке