Выступление ректора Института Пушкина в Совете Федерации

11 июня ректор Института Пушкина Маргарита Русецкая выступила на заседании Совета Федерации России с докладом о состоянии русского языка.

Выступление состоялось в рамках проекта «Время эксперта», где гости рассказывают членам верхней палаты российского парламента об актуальных для общества и государства проблемах.

«Возможность выступить на столь высокой площадке я расцениваю как фиксацию значимости проблем русского языка, с одной стороны, и признание достижений коллектива Института Пушкина – с другой», – отметила Маргарита Русецкая.


О русском языке как факторе успеха

Сегодня выпускники старшей школы и их родители ждут результатов ЕГЭ, но самым, мне думается, ожидаемым будет результат ЕГЭ по русскому языку. Это неудивительно и закономерно, поскольку экзамен по русскому языку – единственный экзамен, который объединяет и уравнивает всех наших одиннадцатиклассников в правах. Вы знаете, что математика – второй обязательный экзамен – имеет уровни, профильный и базовый, а русский язык сдаёт вся страна в одинаковом объёме. В культурном коде всех жителей нашей страны русский язык, несомненно, занимает центральное место. Все мы гордимся нашей текстоцентричностью.

Сегодня я хочу говорить о русском языке не только как о школьном предмете, универсальном средстве коммуникации или инструменте мягкой силы нашей страны. Я хочу говорить об аспекте формирования языковой личности каждого человека.

Мы понимаем, что русский язык является и визитной карточкой каждого из нас, конкурентным преимуществом в профессиональной сфере, и условием личностной самореализации. И потому предлагаю рассматривать инвестиции в формирование, развитие, обучение русскому языку как инвестиции в развитие человеческого потенциала. Приведу пример того, что русский язык – это фактор успешности и конкурентоспособности в современном мире каждого из нас: в прошлом году впервые был опубликован рейтинг Forbes, где были названы 100 вузов нашей страны, выпускники которых демонстрируют самые успешные карьерные траектории и самый высокий уровень доходов. Представьте, Институт Пушкина – монопрофильный вуз, который готовит только филологов и лингвистов, вошел в этот список. Это говорит о том, что русский язык даёт тем, кто владеет им на высочайшем профессиональном уровне, основание и для высоких карьерных достижений и обеспечивает комфортные условия для жизни, в том числе и финансовые.


О необходимости логопедических консультаций в школе

Традиционно за формирование языковой личности отвечает школа. Так зафиксировано в государственном образовательном стандарте и так думает большинство из нас.

Вместе с тем недавно на заседании Президиума Общества русской словесности глава Рособрнадзора Сергей Сергеевич Кравцов поделился результатами устного экзамена по русскому языку, который в обязательном порядке сдают все девятиклассники. Так вот тридцать процентов девятиклассников не справились с заданием по составлению устно-речевого высказывания на заданную тему. Шестьдесят процентов, согласно данным Кравцова, допустили те или иные речевые ошибки. Чуть ранее министр просвещения Ольга Юрьевна Васильева на заседании межведомственной группы по русскому языку привела данные о том, что 56% учеников начальных классов наших школ имеют те или иные речевые нарушения. Очевидно, что речевые нарушения не возникают в школе, они возникают в дошкольный период.

За последние 15 лет система логопедического сопровождения из обязательной, доступной и качественной превратилась в элитарную и редкую услугу в нашей системе образования. Во-первых, Болонский процесс изменил подготовку кадров, и логопед из междисциплинарного специалиста по вопросам речевого развития, владеющего и основами медицинской диагностики, и знаниями психологии и физиологии развития речи, и умением корректировать нарушения речи, сегодня превратился исключительно в педагогического специалиста. Из учебного плана исключены все практическо-медицинские и физиологические дисциплины, и, конечно, это привело к тому, что современный логопед не владеет диагностикой в полной мере.

Во-вторых,  из наших поликлиник исключен учитель-логопед, поскольку логопед, как учитель, оказывающий образовательную услугу, не может работать в учреждениях здравоохранения. Выглядит логично, но это привело к тому, что если раньше каждый ребенок в обязательном порядке проходил логопедическую диагностику в год, три, пять, семь лет. Это были фильтры, которые помогали своевременно обнаружить, выявить, зафиксировать речевые нарушения и оказать своевременную эффективную помощь – либо в самой детской поликлинике, либо в логопедических группах или специализированных логопедических детских садах.

Но сегодня эта диагностика не проводится! Для многих родителей только в начальной школе откровением становится, что у ребенка не сформированы фономатические процессы и он просто на слух не различает некоторые звуки родного языка, а значит – не может корректно их обозначить буквами, а значит – на письме и при чтении у него возникают специфические нарушения – дисграфия и дислексия, которые не только приводят к плохому знанию этих предметов и низким отметкам по русскому языку – это барьер для усвоения всех предметов, поскольку обучение строится на основе чтения, и если ребенок не работает с текстом, не понимает информацию, то и усвоить другие предметы он будет не в состоянии.

Ну и, наконец, оптимизация образовательных организаций, погоня за эффективностью и эффективными критериями привели к тому, что логопеды стали восприниматься как штатные единицы, которые нарушают соотношение количества детей на одного педагога, и сегодня у нас в лучшем случае на дошкольное отделение и на начальные классы есть один, два или три логопеда. Хотя в соответствии с нормативами должно быть не менее 10-15 специалистов. В результате дети, которые выросли без логопедической помощи, сегодня доросли до того самого ОГЭ по русскому языку, и я уверена, что результаты этого экзамена нужно рассматривать не как работу учителей русского языка и литературы. Будь учитель даже самым талантливым в округе, ребенок с речевыми нарушениями требует особой системы обучения и сопровождения. Я думаю, что сейчас в рамках национальной программы «Десятилетие детства», в рамках приоритетных программ образования, этот момент необходимо взять на контроль и подумать о том, как вернуть доступность и обязательность логопедической диагностики.


О новых учебниках для школы

Вдумайтесь, на изучение русского языка и литературы в учебном плане с 1 по 11 класс отводится самое большое количество часов и, несмотря на это, мы имеем большие проблемы в усвоении этих предметов. Очевидно, требуется изменение приоритетов методических и содержательных. Безусловно, наша система изучения русского языка страдает в части формирования коммуникативных компетенций, ребята получают много теоретических сведений о русском языке, а вот владеть живым устным языком и письменным – не умеют. И я думаю, что изменение экспертизы учебников может помочь в решении этих вопросов. Сейчас у нас учебник сначала пишется и только потом проходит экспертизу. Я думаю, что экспертиза должна проходить на уровне открытых публичных обсуждений развернутого представления концепции учебника, включая речевой материал, учебные упражнения, даже шрифты и иллюстрации – все это должно быть представлено уже на уровне концепции учебника.


О новых вызовах

Сегодня изменилась сама коммуникативная среда. Мы с вами все меньше говорим друг с другом, практически не пишем бумажные письма, все наше общение опосредовано дисплеями гаджетов, планшетов и компьютеров. Сегодня специалисты говорят о возникновении нового, третьего вида коммуникации – дисплейного, как новой семиотической системы, которая является синтезом традиционных элементов устной и письменной речи, но не сводится к ним напрямую. И конечно, нельзя на дисплейную коммуникацию распространять классические правила устного и письменного языка.

Об этом с этой трибуны уже прекрасно говорила профессор Черниговская, что мы живем в новой реальности, и мир уже никогда не будет прежним, каковым он был без интернета. Это новый вызов для педагогической системы.

Мы, взрослые люди, понимаем стилистическую уместность того или иного общения, мы знаем: что возможно в смс или электронном письме, невозможно при публичной коммуникации, профессиональной деятельности или даже в устном общении с близкими. А вот наши дети, с рождения живущие сразу в трёх средах, «аборигены цифрового мира» – для них это неочевидно, и обучение стилистической уместности, использования одного, второго или третьего вида коммуникации – это, конечно, задача для современной школы.


О троечниках в вузах

Мы всегда внимательно отслеживаем, что происходит в приёмную кампанию. Сейчас вузы набирают абитуриентов, и я проанализировала право вуза выставлять нижнюю границу по установленным предметам. Для наших московских вузов этот барьер установлен на уровне 45, а иногда даже 40 баллов. Коллеги, это тройка! Вузы готовы принимать к себе будущих специалистов со знанием русского языка на уровне школьной тройки!

Очевидно, что вуз это не место для преодоления проблем с русским языком по школьной программе, иначе времени не останется на формирование профессиональных компетенций. Для Института Пушкина этот порог стоит в 70 баллов, и мы уже который год входим в топ рейтинга по качеству приёма, у нас почти каждый поступающий к нам студент – стобалльник или победитель олимпиад, и мы считаем, что обязательно обращать внимание на русский язык – это ответственность вузов. Сделаю оговорку: 100 баллов – это не гарантия высокоразвитой языковой личности сегодня, но каждый ребенок, прекрасно владеющий русским языком, сдаёт ЕГЭ на 100 баллов без репетиторов и без дополнительных усилий.


О русском языке как неродном

Хочу сказать о русском языке в разрезе нашей многонациональной Родины. Вы знаете, что значительное число регионов изучают русский язык как неродной. Вместе с тем в 2020 году нас ожидает перепись населения. Данные переписи 2010 года говорят о том, что из 138 миллионов граждан, участвовавших в переписи, 99,4% ответили, что владеют русским языком.

В целом статистика вполне удовлетворительная, однако, если посмотреть по отдельным регионам, то от 14 до 15% населения отметили, что они не владеют русским государственным языком, а значит, эти люди исключены из информационного поля на русском языке. Сейчас уже, наверное, поздно, бюллетени для проведения переписи сформированы и апробированы, но мне бы очень хотелось, чтобы в бюллетене появился не просто сухой вопрос: «Какими языками вы владеете?», а уточняющий вопрос: «В каком объеме и для каких целей вы владеете языками?», потому что одно дело – понимать язык, читать на нём газеты, другое – использовать его только в семье в бытовом общении, то есть в повседневном, или в профессиональных целях, и это, конечно, требует уточнения. Без статистики невозможно управлять процессами.


О продвижении русского языка за рубежом

Внешняя языковая политика – это продолжение внутренней. Статус языка, конечно, определяется интересом к русскому языку за рубежом. Мы знаем примерно 8500 русских школ за рубежом, где изучается русский язык. Это школы, созданные нашими соотечественниками, и мне хочется сказать слова благодарности за то дело, которое они делают. 20 лет назад даже в отсутствии государственной системной поддержки они создали эти школы для консолидации наших соотечественников, для сохранения русского языка у своих детей.

Но главными индикаторами интереса к языку являются следующие показатели: количество детей, изучающих русский язык в национальной школе; количество профессиональных кадров, которые готовятся на системной основе в национальных вузах. По этой статистике за последние 20 лет (за редким исключением в отдельных странах СНГ) у нас с вами нет положительной динамики, а порой она отрицательная.

После полета Юрия Гагарина в космос во всех развитых странах русский язык был введен как обязательный для изучения. Сейчас русского языка нет в учебных планах, а если он и есть, то он изучается как второй, третий иностранный язык или вообще как необязательный.

У нас есть международный документ, межправительственное соглашение, где зафиксирована взаимная поддержка изучения языков. Что же получается на деле? Например, в Германии русский язык изучают 1% школьников, во Франции 0,1% школьников, тогда как в России немецкий язык изучают почти 8% школьников, а французский – 2,2% . В России обеспечено изучение иностранных языков – английского, немецкого, французского, испанского и китайского – а также подготовка кадров, и разработка учебников, и сдача ЕГЭ. Я думаю, что межправительственное соглашение – это документ, который даёт нам возможность добиваться паритетности в достижении этих показателей, взаимности и, если мы создаём условия для изучения иностранных языков в России на государственном уровне, то вправе ожидать такого же внимания и уважения к русскому языку, как к языку ООН, языку международного общения.

Хочу сказать, что, конечно же, мир прагматичен и изучают в современном мире те языки, которые дают новые возможности, дополнительные преференции. Сегодняшний рынок труда говорит о том, что русский язык становится языком больших возможностей.

В российские вузы за получением образования  сегодня приезжают почти 250 тысяч иностранных граждан, в отличие от 10-летнего периода начала 2000-х, когда их было всего 118 тысяч. Но и здесь есть одна проблема, которая часто обсуждалась здесь, в кабинетах Совета Федерации, но до сих пор не решена.

Россия сегодня – единственная страна, которая предоставляет правительственные квоты для обучения иностранных граждан, но не требует в обязательном порядке предоставления документа об уровне владения русским языком. И приезжающие в наши российские вузы иностранные граждане в заявительном порядке сами указывают, как они владеют русским языком, нужен ли им подготовительный факультет или они сразу готовы обучаться на первом курсе. В результате случаются такие ситуации, когда низкое владение русским языком не даёт студенту в полном объёме усвоить профессиональные знания, и в итоге мы имеем человека недоученного, а это имиджевые риски для нашей системы образования.

Мы очень надеемся, что этот документ будет принят. Нужно всего лишь внести поправки в правила приёма в российские вузы и сделать обязательным тестирование на уровень владение языком. ​


На официальном сайте ФГБОУ ВО "Гос. ИРЯ им. А.С. Пушкина" используются технологии cookies и их аналоги для качественной работы сайта и хранения пользовательских настроек на устройстве пользователя. Также мы собираем данные с помощью сервисов Google Analytics, Яндекс.Метрика, счётчиков Mail.ru и Спутник для статистики посещений сайта. Нажимая ОК и продолжая пользоваться сайтом, Вы подтверждаете, что Вы проинформированы и согласны с этим и с нашей Политикой в отношении обработки персональных данных, даёте своё согласие на обработку Ваших персональных данных. При несогласии просим Вас покинуть сайт и не пользоваться им. Вы можете отключить cookies в настройках Вашего веб-браузера.
The Pushkin Institute's official website uses cookies to ensure high-quality work and storage of users' settings on their devices. We also collect some data for site statistics using Google Analytics, Yandex.Metrika, Mail.ru and Sputnik counters. By clicking OK and continuing using our website, you acknowledge you are informed of and agree with that and our Privacy Policy. If you are not agree we kindly ask you to leave our website and not to use it. You may switch off cookies in your browser tools.